понедельник, 5 января 2009 г.

Хватит дразнить медведя

("Newsweek", США)
Майкл Мэнделбаум (Michael Mandelbaum), 05 января 2009

Чтобы исправить отношения с Россией, нужно устранить последствия ошибок, допущенных Западом за последние десять лет

Война в Грузии прошедшим летом ухудшила и без того напряженные отношения Москвы с Вашингтоном и объединенной Европой. Теперь, когда этот конфликт остался позади, назревает еще более серьезный кризис. Чтобы избежать его, необходимо осознать, что в дипломатических отношениях с Россией за последние десять лет делалось неправильно. Только поняв это, следующий президент сумеет в краткосрочной перспективе не допустить еще большего ухудшения этих отношений, а в долгосрочном плане - проложить курс, который в конечном итоге, возможно, приведет к более полной интеграции России в состав Запада.

Войну в Грузии спровоцировала попытка Тбилиси вернуть под свой контроль Южную Осетию. Впрочем, недовольство Грузией возникло у России еще до этого события: оно было связано со стремлением Грузии вступить в НАТО, последовав примеру других посткоммунистических государств. И вот за это прямую ответственность несет Вашингтон. Американская политика расширения НАТО на восток после окончания 'холодной войны' стала одним из главных факторов, обусловивших ухудшение отношений России с Западом.

Для Москвы проблема состояла в том, что, по ее мнению, эта политика шла вразрез с обещаниями, полученными от Запада. Россияне были убеждены, что в 1990 г. американские и немецкие официальные круги обязались (в связи с происходившим тогда воссоединением Германии) не пользоваться слабостью Москвы для продвижения НАТО на традиционные российские 'задворки'. Когда западные лидеры нарушили эти обещания, у российской стороны возникли сомнения: можно ли им доверять. Да и сам процесс расширения, похоже, сопровождался неискренними обещаниями. Американские чиновники всячески рекламировали его как способ укрепления демократии. Однако приверженность демократии Польши, Венгрии и Чешской Республики - первых посткоммунистических стран, вступивших в НАТО - и так не вызывала сомнений. И если бы Соединенные Штаты действительно верили, что членство страны в НАТО - наилучший способ обеспечить свободные выборы и конституционные права ее граждан, они должны были бы немедленно предложить присоединиться к альянсу самому большому посткоммунистическому государству: России. Вместо этого Москве дали понять, что на вступление в ряды Организации ей рассчитывать не следует.

Расширение НАТО преподало России еще один прискорбный геополитический урок. Этот процесс продолжался несмотря на все ее возражения, поскольку Москва была слишком слаба, чтобы ему помешать. В результате россияне пришли к выводу: чтобы в дальнейшем иметь право голоса в европейских делах, страна должна быть в состоянии отстаивать свои позиции в том числе военными средствами. Следствием подобного образа мысли и стали события в Грузии.

Поскольку расширение НАТО происходило против воли России, а саму ее оставили за бортом этого процесса, пришел конец и надеждам на создание в Европе новой системы безопасности, основанной на сотрудничестве. Такое сотрудничество ненадолго возникло в конце 'холодной войны', что позволило заключить серию важных соглашений по контролю над вооружениями, обеспечить мирный распад коммунистической системы и создать широкую международную коалицию в ходе первой войны в Персидском заливе. Однако в 1997 г., с началом расширения НАТО, оно прекратилось.

Что, учитывая подобный исторический фон, должен сейчас предпринять Запад по грузинскому вопросу? Привлекательных вариантов у него нет. Сразу после войны некоторые деятели в Соединенных Штатах вновь выступили с призывом принять Грузию в НАТО. Но НАТО - это военная организация взаимопомощи. Если Грузия войдет в ее ряды, это будет означать, что в случае нового военного конфликта с Россией союзники должны прийти ей на выручку. Для этого Западу придется разместить войска, танки, самолеты, и, возможно, даже ядерное оружие у российской границы - на что Москва ответит пропорциональными мерами. Это вновь отбросило бы Европу к военному противостоянию, которое она пережила в годы 'холодной войны'. В свете подобной опасности западноевропейские государства почти наверняка наложат вето на вступление Грузии в НАТО. Если же Вашингтон будет настаивать на своем, это может спровоцировать еще один острый спор между Старым и Новыми Светом.

Кроме того, возможности вооруженных сил США уже серьезно перенапряжены из-за войн в Ираке и Афганистане - а общественности постоянно внушали, что расширение НАТО не повлечет за собой никаких дополнительных расходов. В результате правительству США будет чрезвычайно трудно разместить войска на Кавказе. Однако если мы будем сидеть сложа руки, это тоже обернется проблемами: подобный оборот событий подорвет доверие к заявлениям о солидарности с Грузией, звучавшим из Вашингтона после войны, будет выглядеть как отступление перед лицом российской агрессии и нарушение обещания США предоставить членство в НАТО любой заслуживающей этого европейской стране.

Каким же образом следующий президент США может разрешить эту дилемму? В краткосрочной перспективе он должен следовать завету врачебной этики: главное - не навредить. А это означает необходимость отложить до лучших времен предложение о вступлении Грузии (да и Украины, если уж на то пошло) в НАТО. Кто-то может возразить: получится, что мы 'вознаграждаем' Россию за ее воинственные действия и поощряем неподобающее поведение в будущем. Возможно, но негативные последствия такой отсрочки будут меньше, чем издержки от дальнейшего расширения: серьезное ухудшение отношений с Москвой.

Одновременно Западу нужно возобновить сотрудничество с Россией в сфере безопасности. В конечном итоге НАТО либо должна включать Россию, либо уступить место новой, более широкой структуре безопасности. Конечно, если к НАТО присоединится Россия, это будет совершенно иная организация. Достаточно отметить, что в этом случае зона ее ответственности будет граничить с Китаем. Но и сегодняшняя НАТО - уже совсем не тот альянс, что существовал 20 лет назад. В вопросах безопасности, как и в других сферах деятельности людей, перемены - закон жизни.

Конечно, воссоздать систему безопасности, основанную на сотрудничестве, имея дело с нынешней российской властью, будет непросто. Эта власть неуклонно ограничивает демократические процедуры, многие ее критики погибли насильственной смертью (а поймать убийц она загадочным образом оказывается не в состоянии); наконец, она поощряет организации, исповедующие самые уродливые формы национализма. Подобная власть не внушает того уровня доверия, что требуется для подлинного сотрудничества. И ее смена в сколько-нибудь близкой перспективе крайне маловероятна: нынешнее правительство пользуется популярностью в российском обществе и является продуктом мощных социальных факторов, в частности традиционно авторитарной политической культуры страны. У Запада отсутствуют какие-либо рычаги, позволяющие в чем-то изменить эту ситуацию.

Самые большие надежды в данном случае следует возлагать на экономику. После войны в Грузии и угроз Москвы усилить контроль над частными активами российский фондовый рынок пережил резкое падение; из страны началось 'бегство капиталов'. Эти события противоречат утверждениям режима о совместимости авторитаризма в политической сфере и экономического процветания. В ближайшие 10-20 лет дальнейшее развитие рыночных институтов и процедур в России окажет серьезнейшее воздействие на ее политическую жизнь: подобные институты и процедуры, перенесенные в политическую сферу, могут способствовать укреплению демократии.

Таким образом, действие долгосрочных тенденций может привести к позитивным переменам в России, что позволит возобновить с ней отношения сотрудничества. Пока этого не произойдет, однако, ситуация будет оставаться непростой. Следующий президент не сможет полностью исправить положение в российско-американских отношениях. Поэтому ему следует сосредоточиться на другой задаче: не допустить их ухудшения.

Майкл Мэнделбаум - специалист по внешней политике США, преподаватель Школы фундаментальных международных исследований (School of Advanced International Studies) при Университете имени Джонса Хопкинса (Johns Hopkins University). Его последняя книга называется 'Доброе имя демократии: развитие самой популярной в мире формы правления и грозящие ей опасности' ('Democracy's Good Name: The Rise and Risks of the World's Most Popular Form of Government')

Комментариев нет: